Алекс Раумос решил, что ритуал стоит проведённого вечера. Он сидел на краю кровати в полутьме спальни, где семь свечей трепетали от сквозняка из приоткрытого окна, и смотрел, как Эли наклоняется над простынёй, рисуя кровью их обоих знаки, которые он не понимал. Запястье его пульсировало под бинтом, а в горле стоял солоноватый привкус её крови — она заставила его пить первым, прижав рану к его губам с такой силой, что у него не осталось выбора. Теперь она шептала что-то над мокрыми завитками на белом полотне, а её плечи, открытые в синей клетчатой рубашке, дрожали не от холода.

Он — автор остросюжетных романов, привыкший к контролю над словом и сюжетом, но не над событиями. Полгода он вёл с Эли виртуальную переписку, полную откровенных сцен и невысказанного, убеждённый, что девушка на аватарке — не та, за кого себя выдаёт, а теперь она стояла перед ним в плоти, требуя крови как платы за ночь. Его ревность к случайному строителю из метро, которого она привела с собой под видом редактора, мешала дышать. Его критика её прозы, написанная из зависти к её быстрому взлёту в рейтинге, всплыла между ними как неоплаченный долг. Алекс хотел обладать ею полностью, но каждый её жест — взгляд на другого мужчину, уклончивый ответ о чувствах — оставлял его в подвешенном состоянии между жаждой и унижением....