Запуск сюжета происходит с предложением, которое меняет привычный ход жизни главного героя. Ему предстоит погрузиться в роль, имитирующую исторические и культурные события, причем основным объектом съемок становится фигура поэта Лермонтова в период его пребывания на Кавказе. Сама идея заключается в создании зрелища, способного заинтересовать зрителей, для чего добавляется элемент неожиданности — возможность предотвратить заранее известную гибель поэта, что снимает предопределённость событий и придаёт интригу. Вместе с этим возникает сложность взаимодействия с окружающими: некоторые персонажи, включая близких героя и обитателей места, проявляют как симпатию, так и недоверие.

Дальнейшее развитие истории осложняется конфликтами между различными группами и персонажами, а также внутренним состоянием главного героя, которому приходится балансировать на грани между собственной волей и влиянием извне. Обострение ситуации происходит на фоне напряжённости в кавказских горах, где действуют свои законы и традиции, и где оружие и вооружённость становятся частью повседневной реальности для многих. Одновременно с этим развивается тема взаимоотношений между культурами, а также роль технологий и тайных сил, способных менять судьбы и влиять на происходящее.

Герой вынужден принимать решения, связанные с выбором между сопротивлением контролю и необходимостью выполнять определённые задания, поддерживая видимость жизни, яркой и насыщенной, но управляемой кем-то другим. Последствия его действий отражаются на окружающих и раскрывают потенциал и ограничения способности кукловода. При этом возникает дилемма, связанная с границей между свободой и подчинением, а также с вопросом того, насколько далеко можно пойти в манипуляции реальностью ради достижения поставленных целей.

Таким образом, книга Кукловод. Кавказец Константина Георгиевича Калбанова предлагает историю, в которой сосредоточено внимание на изменении привычного порядка, столкновении индивидуума с невидимыми силами контроля, взаимодействии личных выборов и внешнего давления. Центральной остается тема осмысления собственной воли и роли человека в условиях, когда границы между ним и посторонним управлением стираются.