Поворотным моментом становится период народного гнева, когда Симурдэн проявляет себя не только как лекарь и покровитель бедняков, готовый совершать поступки, вызывающие порой отвращение у окружающих, но и как организатор и лидер массовых действий. Он останавливает мародерство и разоружает волнения у городских пристаней, а спустя несколько недель принимает участие в разрушении символов власти — сбросе статуй королей в знак протеста против монархии. Эти действия вызывают хаос и жертвы, что добавляет напряжения и сложности ситуации. В такой обстановке он оказывается противником тех, кто не разделяет его взгляды, и одновременно опорой для тех, кто нуждается в защите и справедливости.

Обострение общественных противоречий и требования действий со стороны народа заставляют Симурдэна принимать решения, которые изменяют его роль и положение. Он оказывается втянут в борьбу, где последствия любого шага могут быть непредсказуемыми, а компромиссы невозможными. Вмешательство в городские события, вмешательство в судьбы отдельных людей и группы отражают внутренние конфликты героя — между идеалами, жестокостью и необходимостью выживать. В этих условиях возникают серьезные препятствия как внешние — враждебность, социальное недовольство, насилие, — так и внутренние — сомнения, моральные дилеммы и непростые выборы.

В результате развитие сюжета концентрируется вокруг напряжения между революционными переменами и личной ответственностью главного героя перед обществом и собой. Его действия становятся ключевыми для понимания того, как дух времени и личное убеждение могут влиять на ход событий. Происходящее представляет собой сложную картину борьбы с властью, поиском справедливости и попытками сохранить человечность в условиях, где старые устои рушатся, а новые правила еще не выработаны. Эта дилемма и выстраивает ядро повествования. Созданное Виктором Гюго и Надеждой Михайловной Жарковой произведение Девяносто третий год подробно исследует эти исторические и нравственные вопросы через призму жизни своего главного персонажа и окружающего его мира.