Николь сидит в кабинете, перечитывая десятую страницу бракоразводного договора, и щурится от мелкого шрифта. Лёгкий ветерок треплет занавеску, но воздуха всё равно не хватает. Алдонэль уже подписал — ветвистая подпись, ни капли сомнений. А она оттягивает момент, хотя сама не знает, почему: то ли гнев, что приходится разводиться, то ли симпатия к красивому эльфу, которая всё ещё шевелится где-то глубоко. Через месяц контракт кончится, и она станет разведённой дочерью графа. Коршуны высшего общества уже точат когти. А пока — светский сезон, банкет в их поместье, и необходимость напоминать мужу, где и когда он должен появиться. Она стучит в дверь соседнего кабинета. Певучий бархатный голос велит войти. Алдонэль сидит за столом и буравит её взглядом — в голубых глазах застыло раздражение и обречённость, словно он терпит присутствие, от которого не скрыться.

Николь привыкла управлять эмоциями — отец, генерал в отставке, научил: либо ты ими управляешь, либо они тобой. Но рядом с мужем хочется кричать, требовать ответов, бросаться за ним. Вместо этого она осушает бокал и уходит в свои покои. Николь умеет держать меч не хуже рыцаря, охотится на оленей только чтобы выпустить их на волю, и знает, что жизнь после развода будет тяжёлой — но её это не останавливает. Алдонэль же видит в ней ледяную женщину, которая не проронила ни слезины даже при подаче документов. Каждый молчит о том, что первые месяцы брака были почти нежными: совместные ужины, театры, попытки привыкнуть друг к другу. Потом он стал пропадать, они отдалились, и теперь каждый их разговор — словесная схватка на изнурение....