Аркадий просыпается в чужой мельнице под Нижней Австрией с дырой в животе и призрачной кошкой на пузе. Некромантия, что спасла ему жизнь, отняла главное — способность обращаться в медведя. Внутри тишина: Зверь заперт, напуган, почти не говорит. Вокруг — январь сорок восьмого, коалиционные антимагические будки, война без передышки. Хотару, солнечная лиса, трясёт его за плечи в мотоциклетных крагах и не отпускает.

Вместе они вычисляют, как трансформировать сирень смерти в нейтральную энергию, чтобы заплатка затянулась живой плотью. Получается — но цена высока: шестьдесят пять процентов потерь, и вопрос, не отрезала ли некромантия путь назад навсегда. А впереди — Страхотин, где цивилизаторы прячут награбленное, и Аркадий уже знает, кого спасать и кому ломать рёбра. Только сначала он должен понять, остался ли он вообще оборотнем — или теперь просто человек с медвежьим голосом в голове.